Выдержки из русской классики со словосочетанием «этика закона»
Так определяется отношение между этикой закона и этикой искупления.
Проблема страшно осложняется еще тем, что кроме этики закона и этики искупления есть еще этика творчества, связанная с дарами человека и с его призванием.
Этика закона не спасает, а губит человеческие души.
Этика закона должна быть преодолена, творческая жизнь личности должна быть завоевана.
В первоистоках этики закона лежит религиозный страх, страх почти животный, который потом сублимируется.
Этика закона со своими законническими добродетелями не хочет этого знать.
И Коген, который строит этику закона, совершенно последовательно связывает ее с юриспруденцией.
И нестерпимая скука добродетели, порождающая имморализм, часто столь легкомысленный, есть специфическое явление этики закона, не знающей никакой высшей силы.
Согласно этике закона, человек делается хорош, потому что он исполняет добрые дела закона.
Монашески-аскетическая вражда к жизни, ressentiment по отношению к жизни, есть реакция этики закона внутри религии искупления и благодати, в ней нет силы, помогающей просветлению жизни.
Это и есть этика закона в его первоначальной стадии.
В этом сложность судеб этики закона.
Этика закона разом и в высшей степени человечна, приспособлена к человеческим нуждам и потребностям, к человеческому уровню, и в высшей степени бесчеловечна, беспощадна к человеческой личности, к ее индивидуальной судьбе и к ее интимной жизни.
Этика закона организует социальную обыденность.
Этика закона сулит счастье как результат исполнения закона.
Но этика закона и метафизика закона имеют очень сложную судьбу в истории христианства.
Существуют три этики — этика закона, этика искупления, этика творчества.
Этика творчества отличается от этики закона и нормы прежде всего тем, что для нее нравственная задача есть неповторимо индивидуальная творческая задача.
Этика закона основана на противоречиях, которые раскрываются в ее собственном царстве.
Это положение создает страшные трудности для этики закона.
Но «добрые дела» этики закона заключают в себе переживания элементов первобытного магизма.
Мораль рыцарства, рыцарской чести и верности была творческой этикой, она не вмещалась в этику закона и этику искупления.
И против этого протестовали фарисеи, носители этики закона, этики мира во имя чистоты.
Внутренне Сократ не возвысился от этики закона до этики благодатной, как не возвысились стоики.
Этика закона, выработанная в эпоху абсолютного господства рода и общества над личностью, терзает личность и тогда, когда уже пробудилась личная совесть и в нее перенесен центр тяжести нравственной жизни.
Для этики закона существует личность абстрактная, но не существует личности конкретной.
В сущности, этика закона строится так, как будто бы нет Бога, без расчета на Божью помощь.
И потому для этики творчества свобода человека совсем другое значит, чем для этики закона.
Этика закона исполнима, но она бессильна бороться с помыслами и изменить внутреннее духовное состояние человека.
Этика закона есть этика дохристианская, не только ветхозаветно-иудаистическая, но и языческая, первобытно-социальная, и аристотелевская и стоическая, и пелагианская и томистская (в значительной половине своей) внутри христианства.
Это свойство этики закона остается в силе и тогда, когда она становится философской и идеалистической и провозглашает принцип самоценности человеческой личности.
Высушенная законническая добродетельность, лишенная благодатной и благостной энергии, дающей жизнь в изобилии, часто встречается в христианской аскетике, которая может оказаться формой этики закона внутри христианства.
Этика закона, как этика греха, узнается потому, что она знает отвлеченное добро, отвлеченную норму добра, но не знает человека, человеческой личности, неповторимой индивидуальности и ее интимной внутренней жизни.
Этими книжниками полон христианский мир, для которого этика закона легче и доступнее этики благодати.
В этом граница этики закона и нормы.
Это и есть тайна искупления, и ей создается этика иная, чем этика закона.
Этика закона и нормы не понимает еще творческого характера нравственного акта, и потому неизбежен переход к этике творчества, этике истинного призвания и назначения человека.
И вместе с тем этика закона есть вечное начало, которое признает и христианский мир, ибо в нем грех и зло не побеждены.
Евангелие преодолевает и отменяет этику закона и заменяет ее иной, высшей и благодатной, этикой любви и свободы.
Этика закона есть этика конечного, для нее мир есть замкнутый порядок, из которого никуда нельзя прорваться.
И если жалость находит себе мало места в этике закона и нормы, то тем хуже для нее.
Между тем как этика нашего мира, этика закона, этика фарисейская почитает нравственным долгом бросать в грешницу камень.
С этим связана основная проблема этики закона.
Этика закона, сама по себе взятая, интересуется добром и справедливостью, но не интересуется жизнью, человеком, миром.
Этика закона не может быть индивидуальной и персоналистической, она никогда не проникает в интимную глубину нравственной жизни личности, нравственного опыта и борений.
Этика закона ограничивает и регулирует жизнь, но не может быть источником жизни.
Этика закона есть по преимуществу этика социальная в отличие от личной этики искупления и творчества.
Этика искупления не может становиться на место этики закона, она тогда становится насильнической и отрицает свободу.
Но творчество во всех сферах, и в сфере чисто моральной, ибо есть моральное творчество, говорит о том начале человека, на котором может быть построена иная этика, чем этика закона и этика искупления.
Этика закона и значит прежде всего, что субъектом нравственной оценки является общество, а не личность, что общество устанавливает нравственные запреты, табу, законы и нормы, которым личность должна повиноваться под страхом нравственного отлучения и кары.
Неточные совпадения
Этика же превращается в фарисейское законничество, гордое своим ригоризмом и своей дурной бесконечностью, в которой оно как раз и видит проявление безусловности нравственного закона.
Автономная этика есть или прямое глумление над добром, каковое совершается в утилитаризме, или аффектация и поза, ибо любить этическое «добро», закон, категорический императив можно не ради него самого, а только ради Бога, голос Которого слышим в совести.
В этом проблематика Достоевского, Ибсена была моей нравственной проблематикой, как и пережитое Белинским восстание против гегелевского мирового духа, как некоторые мотивы Кирхегардта, которого я, впрочем, очень поздно узнал и не особенно люблю, как и борьба Л. Шестова против необходимых законов логики и этики, хотя и при ином отношении к познанию.
Содержа в себе всю полноту бытия, абсолютное не подчиняется законам противоречия и исключенного третьего не в том смысле, чтобы оно отменяло их, а в том смысле, что они не имеют никакого отношения к абсолютному, подобно тому как теоремы геометрии не отменяются этикой, но не имеют никакого применения к ней».
Только этика благодати возвышается над противоположением «аристократической» свободы и «демократического» закона.
Этика творчества освобождает не всякие инстинкты, а инстинкты творческие, т. е. творческую энергию человека, которая скована запретами закона.
Но этика творчества порывает с миром обыденности и не хочет знать законнических запретов, она противопоставляет «образ» высшей жизни «закону» данной жизни.
И настоящий трагизм этики в том, что закон имеет свою положительную миссию в мире.
Христианское учение о благодати и было всегда учением о восстановлении здоровья, которое не может восстановить закон, но из этой истины не была построена этика.
Этика приобретает профетический характер, в ней побеждается тяжесть закона.
Для этики творчества свобода означает не принятие закона добра, а индивидуальное творчество добра и ценности.
Господство законнической этики во всех сферах мировой жизни есть выражение объективного закона большего числа, т. е. необходимой организации порядка в жизни больших масс, большой массы человечества, как и большой массы материи в жизни природы.
Трагичность и парадоксальность этики связаны с тем, что основной ее вопрос совсем не вопрос о нравственной норме и нравственном законе, о добре, а вопрос об отношениях между свободой Бога и свободой человека.
Лютер пламенно восстал против закона в христианстве, против законнической этики и пытался стать по ту сторону добра и зла. [Л. Шестов видит сходство в деле Лютера и Ницше.]
В автономной, но законнической этике Канта носителем нравственного закона, правда, является личность, а не общество.
Для этики искупления и благодати не существует двух лагерей, не существует праведников закона, чистых.
Этика имеет дело не с бессильными, висящими в воздухе нормами и законами, а с реальными нравственными энергиями и с обладающими силой качествами.
Уже греческая этика, начиная с Сократа, пыталась эмансипироваться от власти общества и закона, пыталась проникнуть в личную совесть.
Этика в глубоком смысле слова должна быть учением о пробуждении человеческого духа, а не сознания, творческой духовной силы, а не закона и нормы.
Основной парадокс этики раскрывается христианством, христианство обнаруживает бессилие добра как закона.
И христианская этика долго не понимала значение индивидуального, ей нравственная жизнь представлялась подчиненной общеобязательному закону.
И этика, мораль нашего мира, ищет совсем не Царства Божьего, а ищет оправдания законом.
Павла в духе аномизма, т. е. совершенного отрицания закона, было бы отрицанием основной антиномии этики, отрицанием парадокса законнической этики.
Этика может быть совершенно равнодушной к проблеме зла и нимало ей не мучиться, потому что она остается замкнутой и самодовольной в своих законах и нормах и верит, что «добро» всегда право по отношению к самому факту существования «зла».
И это предполагает построение новой этики, основанной не на нормах и законах сознания, а на благостной духовной энергии.
Поэтому отношение этики творчества к инстинктам сложное и двойственное — она и освобождает инстинкты, подавленные законом, и преодолевает их, борется с ними во имя высшей жизни.
Евангельская этика основана на бытии, а не на норме, она жизнь предпочитает закону.
Социальная этика строит оптимистическое учение о силе нравственного закона, оптимистическое учение о свободе воли, оптимистическое учение о наказании и каре злых, которой будто бы подтверждается царящая в мире справедливость.
Этика Канта есть законническая этика потому, что она интересуется общеобязательным нравственным законом, нравственно-разумной природой человека, одинаковой у всех, и совершенно не интересуется самим живым человеком, его нравственным опытом, его духовной борьбой, его судьбой.
Но обличение фарисейства есть обличение законнической этики, этики оправдания законом, этики чистоты и довольства своей праведностью.
Закон ничего не говорит о призвании, этика искупления сама по себе тоже не говорит.
Нравственная максима Канта, что каждого человека нужно рассматривать не как средство, а как самоцель, подрывается законническим основанием этики, ибо каждый человек оказывается средством и орудием осуществления отвлеченного, безличного, общеобязательного закона.
Христианство есть откровение благодати, и этика христианская есть этика искупления, а не закона, этика благодатной силы.
Синонимы к словосочетанию «этика закона»
Предложения со словосочетанием «этика закона»
- Разница лишь в том, что в этике закон мыслится как закон твоейсобственной воли,а не воли вообще, которая могла бы быть и волей других, и в таком случае мы имели бы правовой долг, который не принадлежит к области этики.
- Не станешь же связывать с этикой закон всемирного тяготения!
- Тёмный коммунизм может устанавливаться вообще одним жертвенником по факту природного сигнала: человек в разуме сигналит своей звезде тупо, что тут светлые коммунисты и именно – живые существа; потом «диктатор» тёмного коммунизма быстренько отправляет природным сигналом через пространственные материи причинность знания, просто для этики законов космического живого: там просто уже всех будет убивать и это лишь предупреждение; после окончания обозначения предположительных рабских объектов светлого коммунизма исторически нет, так как тёмный коммунист это сделал и всё без технологии «эта шняга» вокруг его звезды и всё.
- (все предложения)
Сочетаемость слова «этика»
Сочетаемость слова «закон»
Значение слова «этика»
Э́ТИКА, -и, ж. 1. Философская наука, объектом изучения которой является мораль, нравственность как форма общественного сознания и как вид общественных отношений. Гегелевская этика. Материалистическая этика. (Малый академический словарь, МАС)
Значение слова «закон»
ЗАКО́Н, -а, м. 1. Нормативный акт высшего органа государственной власти, принятый в установленном порядке и обладающий высшей юридической силой. Закон об охране общественной собственности. Кодекс законов о труде. Действовать по закону. (Малый академический словарь, МАС)
Афоризмы русских писателей со словом «этика»
- Самое трудное для человеческого ума — это понять тот переход, где конечное переходит в бесконечное, где этика переходит в эстетику.
- (все афоризмы русских писателей)
Отправить комментарий
Значение слова «этика»
Э́ТИКА, -и, ж. 1. Философская наука, объектом изучения которой является мораль, нравственность как форма общественного сознания и как вид общественных отношений. Гегелевская этика. Материалистическая этика.
Все значения слова «этика»Значение слова «закон»
ЗАКО́Н, -а, м. 1. Нормативный акт высшего органа государственной власти, принятый в установленном порядке и обладающий высшей юридической силой. Закон об охране общественной собственности. Кодекс законов о труде. Действовать по закону.
Все значения слова «закон»Предложения со словосочетанием «этика закона»
Разница лишь в том, что в этике закон мыслится как закон твоейсобственной воли,а не воли вообще, которая могла бы быть и волей других, и в таком случае мы имели бы правовой долг, который не принадлежит к области этики.
Не станешь же связывать с этикой закон всемирного тяготения!
Тёмный коммунизм может устанавливаться вообще одним жертвенником по факту природного сигнала: человек в разуме сигналит своей звезде тупо, что тут светлые коммунисты и именно – живые существа; потом «диктатор» тёмного коммунизма быстренько отправляет природным сигналом через пространственные материи причинность знания, просто для этики законов космического живого: там просто уже всех будет убивать и это лишь предупреждение; после окончания обозначения предположительных рабских объектов светлого коммунизма исторически нет, так как тёмный коммунист это сделал и всё без технологии «эта шняга» вокруг его звезды и всё.
- (все предложения)
Синонимы к словосочетанию «этика закона»
- этика творчества
- автономная этика
- нормативная этика
- политическая этика
- значение закона
- (ещё синонимы...)